Об авторе

«Я рос и жил в среде, где люди зарабатывают миллионы долларов и при этом ничего не откладывают», — удивленно приподняв бровь, произносит Эдуард Кравецкий и тут же подтверждает, что некоторое время и сам не был исключением из правила. Сегодня экс-банкир видит свою миссию в обучении Homo sapiens долгосрочному финансовому планированию.

В свое время Кравецкий после выпуска из Уортонской школы бизнеса (Пенсильвания, США) успешно прошел несколько собеседований в крупных компаниях. Тогда стать инвестбанкиром ему помешала давняя детская мечта, незавершенный гештальт. Дело в том, что Эдуард рос в семье эмигрантов и на протяжении всего времени проживания в Нью-Йорке мечтал вернуться в Советский Союз. Такая возможность подвернулась ему в конце 80-х. Кравецкий устроился в европейскую фирму, торгующую нефтехимией с такими советскими предприятиями, как «Союзхимэкспорт». В 27-летнем возрасте Эдуард вернулся на родину, которую не видел с 10 лет.

7 лет спустя, в 1997 г., Кравецкому предложили работу в России — должность, совмещающую функционал трейдера и сейлза. Кандидат имел диплом престижной бизнес-школы, свободно владел 2-мя языками, хорошо понимал потребности и знал особенности менталитета западных инвесторов. Кравецкий вспоминает те времена, когда ему звонили зарубежные инвесторы и просили купить «Газнефть» или «Газпром».

После экономического кризиса 1998 г. Эдуард Кравецкий переехал сначала в Лондон, потом в Нью-Йорк, где его застал новый кризис на бирже NASDAQ. На вопрос о том, не потерял ли он тогда деньги, Кравецкий отшучивается: «Нет, мне было нечего терять. Свои денежки я потерял еще в 1998-ом, в России.

Свой уход по собственному желанию Эдуард объясняет так: «Года так через 4-5, делая IPO (первичное публичное предложение) и помогая многим становиться богатыми, я захотел создать что-то свое. В финансовом бизнесе ты всегда имеешь дело с фишками, хотя понимаешь, что за все этим стоят реальные люди, которые и строят настоящий бизнес».

Основную свою идею Кравецкий формулирует так: «Моя главная миссия — очистить людские головы от неверного понимания инвестирования как азартной игры. Мне уже 62, я больше не хочу ничего продавать. Для меня важно, чтобы мое отражение в зеркале нравилось мне самому. Образовательный бизнес считаю выгодным, но душу греет уже сам факт, что ты делаешь полезное дело, учишь кого-то, передаешь свои знания и опыт. Я считаю это правильно и этично».